6703fa25

Казанцев Александр - Ныряющий Остров



Александр Казанцев
НЫРЯЮЩИЙ ОСТРОВ
Играя в шахматы, мы приобретаем
привычку не падать духом и, надеясь
на благоприятные изменения, упорно
искать новые возможности.
В. Франклин. "Смысл шахмат"
- Уж если говорить о шахматах и таинственных землях, так стоит вспомнить
о Ныряющем острове.
- Что это за остров и при чем тут шахматы?
Так начался обычный для нашего арктического плавания вечер в
кают-компании "Георгия Седова".
- Этот остров не значится ни на какой карте, - сказал очередной наш
рассказчик, огромный человек с седеющими волосами, кудрявыми, как у
купидона, и весело прищуренными глазами. - Пошло все с приезда
геодезической партии, устроившей на моей полярной станции базу.
Начальником партии была боевая девица, занозистая, славная, отчаянная,
красивая, только не дай бог ей об этом сказать... Звали ее Таней, то есть
Татьяной Михайловной. На Большой земле она, говорят, прыгала с
десятиметровой вышки в воду со всякими пируэтами, знала опасные приемы
каратэ и здорово играла в шахматы. Первый ее талант в Арктике, конечно, не
проверишь, а вот с другими своими талантами она меня конечно познакомила.
- Обыграла в шахматы?
- Да... и в шахматы, - замявшись, ответил рассказчик, почему-то потерев
левое плечо, потом оживился. - Можно сказать, досадно обыгрывала. Я ведь
не из слабеньких. И с кандидатами в мастера, да и с мастерами встречался,
когда в отпуску бывал. И не с позорным счетом... А вот с ней... Черт ее
знает! Или она на меня так действовала, или курьезным самородком была...
Стиль, знаете ли, агрессивный, яркий... Жертвы, комбинации и матовые
сети... Сети у нее вообще были опасные... - рассказчик засмеялся, потом
добавил: - Может быть, новая Вера Менчик в ней пропала.
- Почему пропала?
- О том рассказ впереди. Я сам посмеяться люблю, подшутить или
разыграть... А тут-разгромит она меня да еще и насмехается. Э-эх! Так и
сжал бы ее ручищами вот этими, так бы и сжал!
И вбила она однажды в свою голову, что должна произвести съемку
Ныряющего острова. А островом таким в наших краях назывался не то остров,
не то мель, - словом, опасное место. Иные моряки там на берег сходили, а
другие клялись, что нет там никакой земли. Я было пытался Таню, то есть
Татьяну Михайловну, отговорить, да куда там! Предложила она мне в шахматы
сыграть на ставку. Будь другая ставка, я бы отказался. А тут если
проиграю, то должен ее на остров Ныряющий сопровождать. "Посмотрим, -
говорит, - есть ли у этого "богатыря с прищуром" чтонибудь кроме прищура".
Ну, я и проиграл. Не то чтобы поддался, но... одну ее в такое путешествие
не хотелось отпускать... А так просто она бы не взяла. Впрочем, может
быть, она и по-настоящему у меня тогда выиграла бы. Словом, отправились мы
на катере, груженном бревнами плавника, который сибирские реки в море
выносят. Опять же - ее затея! Непременно хотела на Ныряющем геодезический
знак поставить. Захватила она с собой хороших ребят - и своих, и моих.
Распоряжалась на моей станции, как хозяйка. Везучая она была. Представьте,
нашли мы неизвестный по картам остров. Скалистый, угрюмый, совсем
маленький. Если он в самом деле под воду уходит, то напороться на него
килем никому не понравится.
Нашли мы остров, высадились на него и принялись геодезический знак
ставить, целую башню деревянную - прямо маяк.
Бревна ворочать - работа нелегкая. Даже на полярном ветру, который
разыгрывался, жарко становится. Однако дело к концу...
А Таня моя собралась с треногой и геодезией своей на другой край
остров



Назад